Странный мальчик

Осень в том году выдалась дождливая и, действительно, золотая. Все наливалось желтым и красным, мокло и набухало, прело и дышало какими-то глубокими, болезненно волнующими, яркими запахами. Казалось, что всюду течет, струится, распадаясь на тысячи тонких лучиков мягкий свет солнца, опадающей листвы и пожухших трав. Оголенные, зияющие стволы лип, тополей и дубов, росших вдоль улиц нашего поселка, потемневшие от сырости деревянные доски домов, оград и заборов, низкое, дымчатое небо, усеянное иероглифами птичьих стай, подчеркивали и усиливали это текучее живое свечение.

В эту остатнюю дачную пору - безмолвную и величественную, непостижимую в своей последней, пронизанной предчувствием близкого конца и потому абсолютной, достигающей предела, щедрой красоте - я любила уходить в луга за речку, куда летом выводили пастись коров. Там пахло пряно и горьковато, влажная податливая трава лизала резиновые сапоги, в кустах хоронились и вспархивали при моем приближении буро-серые дубровники. Вдали полыхал темно-рыжим костром лиственный лес.
( Read more... )