Умудренный пороком все больше молчит
И грызет малахитову грусть.
"Если небо обрушится - не удивлюсь", -
Как философ слепой, говорит.
Он не ждет ничего, кроме новой беды.
Нараспашку не может любить.
Он привык без поклажи по свету идти
И ночами стирает следы.
Он приходит один и уходит один:
Одиночество - форма любви.
Он отшельник мечты и невольник судьбы -
Живописцем прожить без картин.
И грызет малахитову грусть.
"Если небо обрушится - не удивлюсь", -
Как философ слепой, говорит.
Он не ждет ничего, кроме новой беды.
Нараспашку не может любить.
Он привык без поклажи по свету идти
И ночами стирает следы.
Он приходит один и уходит один:
Одиночество - форма любви.
Он отшельник мечты и невольник судьбы -
Живописцем прожить без картин.