На давно разрушенном капище
Перепуталась рощица с кладбищем.
То ли роща взросла на кладбище,
То ли кладбище выросло в роще.
Там под каждым деревцем - мощи,
Там под каждою кроной - душа,
Словно липа в цвету, хороша.
И летает там гелевый шарик,
Неприкаянный вольный Икарик,
Никому он на фиг не нужен,
Никому он ничем не обязан,
Он отвязен и безоружен,
Ни управ на него, ни указов.
Безрассудный и дерзкий шарик
Даже ночью горит, как фонарик,
Как костер на ветру, пылает
(Кто касался его - тот знает).
Перепуталась рощица с кладбищем.
То ли роща взросла на кладбище,
То ли кладбище выросло в роще.
Там под каждым деревцем - мощи,
Там под каждою кроной - душа,
Словно липа в цвету, хороша.
И летает там гелевый шарик,
Неприкаянный вольный Икарик,
Никому он на фиг не нужен,
Никому он ничем не обязан,
Он отвязен и безоружен,
Ни управ на него, ни указов.
Безрассудный и дерзкий шарик
Даже ночью горит, как фонарик,
Как костер на ветру, пылает
(Кто касался его - тот знает).