
Главное в том, что формула живопись=драгоценность, превращает процесс мазанья краской по холсту в священнодействие алхимика: художник обращает обыкновенные вещества – охру, земли, кадмий, краплак – в золото. А главное условие для этого: чтобы обратить свинец в золото, алхимик должен был измениться сам (философский камень не слушается кого попало). Это упустили из виду многие последователи и ученики Фалька, пытаясь формально перенять его методы. Они были раздавлены, засыпаны ворохом оттенков, так, что их картины превращались в неразличимую однородную массу. У Фалька целое не конструируется, а рождается, как у алхимика из всякого сора. Целое вдруг возникает из этих самых подробностей, возникает из них, как из вздохов, из мерцания воздуха.
