(no subject)
Feb. 12th, 2025 03:43 pm.
Не пленяйся
Не пленяйся... (А слово-то, слово!
Что за твари в ловитве полей!)
Не пленяйся свободой ничьей,
ни чужой полнотою улова,
лишь о том, что душа не готова
в путь воздушный — о том пожалей.
Не пленяйся... Но словно затвержен,
точно сам дословесно в плену,
повтори: проклинаю — прильну
к прутьям клетки! Заржавленный стержень —
повтори — чуть не с нежностью держим,
чуть не флейтой... Не дуну — вздохну.
Зашевелится снег на ладони,
точно внутренне одушевлён.
Что вдали? Раскрасневшийся гон.
Лай? Охотничий рог? Пар погони?
Кто за нами? Собаки ли, кони, —
всё не люди. Дыхание. Сон.
Не пленяйся прекрасной гоньбою,
рваным зайцем мелькая в кустах, —
ты не жертва — создатель. Твой страх —
только снег, возмущённый тобою,
только флейты фригийского строя
проржавелый мороз на устах.
Только Слова желая — не славы,
не жалей о железах тюрьмы,
где язык примерзает шершавый
к раскалённой решётке зимы.
Виктор Кривулин
1973
Не пленяйся
Не пленяйся... (А слово-то, слово!
Что за твари в ловитве полей!)
Не пленяйся свободой ничьей,
ни чужой полнотою улова,
лишь о том, что душа не готова
в путь воздушный — о том пожалей.
Не пленяйся... Но словно затвержен,
точно сам дословесно в плену,
повтори: проклинаю — прильну
к прутьям клетки! Заржавленный стержень —
повтори — чуть не с нежностью держим,
чуть не флейтой... Не дуну — вздохну.
Зашевелится снег на ладони,
точно внутренне одушевлён.
Что вдали? Раскрасневшийся гон.
Лай? Охотничий рог? Пар погони?
Кто за нами? Собаки ли, кони, —
всё не люди. Дыхание. Сон.
Не пленяйся прекрасной гоньбою,
рваным зайцем мелькая в кустах, —
ты не жертва — создатель. Твой страх —
только снег, возмущённый тобою,
только флейты фригийского строя
проржавелый мороз на устах.
Только Слова желая — не славы,
не жалей о железах тюрьмы,
где язык примерзает шершавый
к раскалённой решётке зимы.
Виктор Кривулин
1973