* * *

Часто снятся гостиницы и вокзалы,
Затрапезный буфет где-то в недрах Урала,
Гул степей, переезды, товарняки,
Беспризорники, нищие, сквозняки.

Ощущение родины, как погоста,
Дым отечества едок, как гарь холокоста,
Точно дикий косарь корпит на славу:
Ни леска, ни рощицы, ни дубравы.

Дуракам остается трястись в вагоне,
В окна мутные биться, как скот в загоне.
Ни сойти, ни спрыгнуть - овраг здесь крут
(Хоть умом понимаешь, куда везут.)

(no subject)

Уменьшительные суффиксы иногда привносят в слово оттенок мерзопакостности.
Так происходит, например, со словами "добрый" (добренький), или "подлый" (подленький), или "хитрый" (хитренький). И если первых есть, по крайней мере, за что уважать (как уважают врага), то вторые вызывают только кислую мину презрения и брезгливости. Тьфу на них!

А вот еще что о ней пишут

"За ее стихами встают, хотя и немногочисленные, но достаточно драматичные обстоятельства ее судьбы: безвременная смерть юношеской привязанности, а затем любовь всей ее жизни — к зрелому, женатому человеку, любовь, состоящая из сплошной разлуки, взаимная и абсолютно безнадежная..."