Я видела море, я слышала Баха,
меня сокрушали земные соборы,
но только свобода пленяет монаха -
души Метеоры.
Парящие горы, палимые долы,
орлы, как цари, озирают уделы,
плывут облаков серебристых гондолы
в иные пределы -
за рамы пейзажей и скорбных юдолей,
где грудь распростает кипучим потоком
все муки и страсти, победы и боли
судьбы синеокой.
меня сокрушали земные соборы,
но только свобода пленяет монаха -
души Метеоры.
Парящие горы, палимые долы,
орлы, как цари, озирают уделы,
плывут облаков серебристых гондолы
в иные пределы -
за рамы пейзажей и скорбных юдолей,
где грудь распростает кипучим потоком
все муки и страсти, победы и боли
судьбы синеокой.