Ещё раз про любовь... (или умыл так умыл)

[irimiko]

Вот ты говоришь: святым без поклонов и посещения храма стать можно. – Ну, допустим. Но кого мы в этом случае представляем себе? Какого-нибудь сферического пастушка в вакууме, который круглый год пасёт своих овечек, и которого Авва, встретив в пустыне, поставил в пример своим собратьям? Дескать, вы не достигли в ту меру любви, в которую достиг он? Но это всего лишь назидательная литература и, в любом случае, не правило. Что такое поклоны и посещение храма? Это – на нашем языке - молитва и участие в жизни Церкви, в Теле Христовом. Что такое Любовь – это Бог Сам.


На языке внешних первое – это внешняя форма, которую выдумали попы для своих целей. Что-то устаревшее, бывшее в употреблении столетия назад. И уже ненужное, ибо есть истинно-духовные пути. «Лубофф», любимое слово церковных либералов, - это то, что даёт индульгенцию от всего внешнего: просто «люби», и тут тебе всё будет. Не нужны все эти строгости, посты, долгие молитвы и пр.

Но. Здесь спрятана вся невероятная гордыня современного человека, который считает, что он – пуп земли, и всего может достичь, если захочет. Захочет – будет любить, верить, творить кучу добрых дел. Да только любовь - это дар Божий, это Сам Бог (Богъ Любы есть), как же можно надеяться достигнуть её своими собственными средствами?? Но те средства, которые дал нам Господь в Своей Церкви, если не отвергаются совсем, то считаются чем-то вторичным, добавочным. Пришёл раз в полгода причаститься, чего чаще ходить? Главное, дескать, не делать ничего плохого. – Ну, а что хорошо, что плохо, это сам же человек и решает, зачем ему посредники.

- Это глобальная проблема, собственно говоря. Копни современного «воцерковлённого» верующего, там такое может открыться… Просто на голубом глазу, что называется.

А в итоге - что? Столько разговоров о любви, и где она? А нету. Как и со всем остальным, с верою, с добродетелью – ведь невозможно достичь всего этого без помощи свыше.

Вспомнился о. Владимир Шишков, он ведь был родственником одного из этих либеральных «апостолов любви», Шмемана. Так вот, как-то они прилетели откуда-то в Нью-Йорк - Шмеман был ещё с кем-то – и говорят они: ну что, в ресторан? А была Великая Пятница. О. Владимир опешил: ну что вы, я в храм побегу, как раз успею! – Нее, мы в ресторан…

И тогда он понял, что с этой «любовью» что-то не то, на самом деле... – Нет, ну, действительно! Оставлять Спасителя во дни Его страданий это ведь самое настоящее отречение и есть. Кто это сейчас понимает? Никто почти, храм пустой на Страстную.

- А с другой стороны – конечно! Сколько раз мы слышали про невежд, атеистов, агностиков, язычников, которые оказались «большими христианами, чем сами христиане». Это тоже расхожая байка, и она обычно подаётся с этим гнусным посылом насчёт того, что во всех религиях, дескать, одинаковые ценности. Только это всё совсем не так, и это про другое. И любовь язычника, которую он кому-то оказал, это не любовь Христова. Горе христианам, если у них нет даже такой! Но всё-таки нужно различать Благодать Господню от естественного человеческого порыва. Это относится и к «вере» - во всё хорошее, в человека, в прогресс и т. п. И тут придётся вернуться к простой библейской истине: главной цели человека, обожения, нельзя достигнуть самостоятельно, праотцы это продемонстрировали ещё в Раю. А если так, то пожалуйте в храм, на молитву, поклоны бить и всё такое.